текст|эксперт

beta

Интерес к творчеству Жана-Кристофа Гранже возник у меня, когда я прочитал его имя в титрах ставших уже культовыми "Багровых рек" (первых, разумеется). Тогда я не поленился и скачал в Сети все, что смог найти. И не был разочарован ни разу.

Возможно, здесь сказался благоприобретенный вкус к запойному чтению "хорошей плохой литературы", вкус, привитый Стивеном Кингом, который знает в этом толк. И действительно, нынче "худло" принимает столь разнообразные обличья, что и широко разрекламированный "интеллектуальный супербестселлер" порой не оставит по себе никаких воспоминаний, кроме ощущения ломоты в скулах, зато вы будете ночь напролет хохотать и плакать над каким-нибудь томиком в неприметной мягкой обложке... Да что там говорить, если первые романы не только Кинга, но и, скажем, Лавкрафта издавались какими-то занюханными малобюджетными издательствами в категории "палп".

Да, Жан-Кристоф Гранже. В оригинале - "Пурпурные реки". Наши переводчики фильма посчитали, что "багровые" завлекательнее - как же, простолюдинам надо все разжевать. Хорошо, хоть "Море кровищи" не назвали.

Но в "Пурпурных реках" Гранже еще разминается, я вам скажу. Дальше он, что называется, вовсе раздухарился и начал дарить нас такими сюжетами, что и в самой страшной и прекрасной сказке не сказать, ни героиновым пером того же Кинга не описать. Настоящая же сказка и должна быть страшной до дрожи и красивой до слез - тем она и завораживает.

С фантазией у Гранже все в порядке. "Реки" смотрели все, и пересказывать смысла нет, отмечу лишь, что книга, как обычно, на порядок лучше - хотя бы потому, что не навязывает жестких зрительных образов и окончательных суждений: представляй, додумывай, делай выводы сам.

О чем бы он ни рассказывал - об орудующей ли в парижских трущобах турецкой группировке идейных убийц, каковые головорезы совершают свои противоправные действия исключительно из высших соображений ("Империя волков"), о том, как невинная наука орнитология связана с контрабандой алмазов ("Полет аиста"), а дайвинг - с психологией маниака, помешанного на менструальной крови ("Черная линия") - буквально на каждой странице читателя ждет такой поворот, что остается лишь качать головой: ну, загнул. Ну, не бывает же так... стоп, как раз-таки бывает. Очень даже бывает. Только так и бывает. Ибо Гранже чертовски убедителен и обаятелен, как всякий хороший писака, кайфующий от того, что САМ не знает, как будет развиваться действие на следующей странице (подобного же принципа придерживался. между прочим, и Вальтер-Скотт).

И это лишь внешние, чисто технические перипетии сюжета. Все гораздо интереснее и серьезнее. В каждом романе Гранже содержится второй план, свое турбулентное течение, на первый взгляд, мало соотносящееся с основной канвой повествования, но в итоге - раз! еще один трюк иллюзиониста высшего класса - сплетающееся с ним один узел, каковой узел и следует разрубить герою-героине, а вместе с ними и читателю. Та же "Империя волков", например - о поиске своего утраченного "я". И о том, что иногда этот поиск оборачивается приобретением такой драконьей личины, что никому мало не покажется.

И еще - все это действительно красиво. Хотел бы я когда-нибудь составить маленький хит-парадик самых поэтичных методов убиения и мучительства ближних своих, описанных в литературе. Лидирует здесь, ясное дело, незабвенный Гренуй. Но где-то в первой десятке, без всякого сомнения, будет дайвер-психопат из "Черной линии", вдохновенно выпускающий кровь из жертв при помощи... пчелиного меда и способа задержки дыхания "апноэ". Интересно? Сомнительно? Будьте уверены: на технические подробности Гранже, как профессиональный враль, не поскупится. А если где и вправду оступится, то ведь - не приврешь, не расскажешь, верно? И потом, ловить фокусника за руку - дурной тон.

Ну, а напоследок Жан-Кристоф Гранже, этот бытописатель сверкающих сумерек сознания, этот французский Мюнхгаузен, этот краснобай и мошенник с руками по локоть в бумажной крови, огорошит вас такой вот фразой, после чего вы, может быть, поймете, что все, показанное вам - не просто иллюзион в базарной палатке, не только "лекарство от скуки":
"Истинный секрет веры не в том, чтобы простить, а в том, чтобы просить прощения у мира, такого, какой он есть, за то, что мы не смогли его изменить."

Лучшие шутки, фокусы и гэги - те, от которых в горле комок. А у Мюнхгаузена - стоит ему отвернуться от жадно внимающей толпы - глаза всегда на мокром месте.
Вы только присмотритесь получше.